Десантники открыли кинжальный огонь и площадка перед куполами осветилась вспышками лазерных лучей. Лучи скрещивались, еще более затрудняя противнику определение целей, казалось, из двери льется сплошной поток огня. Впрочем, нападавшие быстро опомнились и открыли ответный огонь. Белый пластик оказался довольно тугоплавким, остатка энергии хватило только на то, чтобы слегка оплавить наплечник скафандра, однако следующее попадание могло оказаться и не столь безобидным. Дик и девочки метнулись к двери, которая моментально открылась при их приближении. Еще несколько лучей прошили стену, один влетел прямо в проем и полоснул по плечу немца. Ауэрбах срезал стрелка, влепив ему разряд прямо в голову, и, стиснув от боли зубы, продолжал посылать в темноту выстрел за выстрелом. В ответ ударили три бластера засевших в центральном зале людей. Ричу, лежавшему на полу в относительной пока безопасности, послышался глухой удар упавшего тела. Воспользовавшись этим, он вскочил на ноги, одним прыжком преодолел расстояние, отделявшее его от спасительных зеркальных стен, и нырнул в дверной проем. Перекатившись и поднявшись, он открыл с колена огонь, свалив еще одного противника, неосторожно появившегося в дверях. По крайней мере один стрелок у них нехилый, твой бросок предугадал с точностью до секунды, только в направлении чуть ошибся.